Мы переехали!
Ищите наши новые материалы на SvobodaNews.ru.
Здесь хранятся только наши архивы (материалы, опубликованные до 16 января 2006 года)

 

 Новости  Темы дня  Программы  Архив  Частоты  Расписание  Сотрудники  Поиск  Часто задаваемые вопросы  E-mail
22.8.2017
 Эфир
Эфир Радио Свобода

 Новости
 Программы
 Поиск
  подробный запрос

 Радио Свобода
Поставьте ссылку на РС

Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru
 Культура
[27-03-05]

Формула кино

Роб Маршалл "Мемуары гейши"

Редактор и ведущий Мумин Шакиров

Мумин Шакиров: Современное кино давно задыхается от дефицита свежих идей и качественных сценариев. Не случайно в моде римейки, эксплуатация старых сюжетов с использованием новых технологий и сиквелы, попытка повторить кассовый успех оригинала. В кинобизнесе нет запретных тем.

Нередко режиссеры в поисках острых ощущений и исторической конъюнктуры стремятся снимать кино об "особенностях национального характера". Загадочный Восток - это бездонная бочка тем, идей и сюжетов, как для европейцев, так и для американцев. Тем более, когда речь идет о консервативной японской культуре, где может сломать зуб не один маститый режиссер, не имеющий местных корней. Столкновения точек зрения и взглядов - неизбежный процесс, когда вторгаешься в иную среду или пытаешься влезть в чужую шкуру.

О том, как строгие критики из страны Восходящего солнца подвергли обструкции известного голливудского режиссера Роб Маршалла, попытавшегося проникнуть в закрытый для постороннего глаза мир гейш, рассказывает наш коллега из Лос-Анджелеса Сергей Замащиков.

Сергей Замащиков: Режиссер Роб Маршалл, который получил известность после оскароносной экранизации мюзикла "Чикаго", сейчас заканчивает съемки еще одного потенциального блокбастера. На этот раз предметом экранизации стал нашумевший роман американского писателя Артура Голдена "Мемуары гейши". В основу его положена история девушки из бедной японской деревушки, которая была продана в гейши, и, пройдя все непростые университеты этой профессии, становится частью бомонда предвоенного Киото.

Фильм этот, который, скорее всего, обречен на успех, подобно предыдущей работе Маршалла, может и не заслуживал бы особого внимания, если бы ни одно любопытное обстоятельство. Его создатели, а выходит он, кстати, на студии Стивена Спилберга Dream Works, решили показать отснятый материал настоящим гейшам, заручиться, так сказать, поддержкой экспертов. И вот тут они явно поторопились. Приглашенные специально для просмотра в шикарный "Империал-отель" токио-гейши разгромили картину американского режиссера в пух и прах. Незадачливого Роба Маршалла обвинили в неправильном подборе костюмов, он-де нарядил взрослых гейш в кимоно с длинными рукавами, которое могут носить только подростки. Да и с музыкой у него не все в порядке. Шамисен, традиционная японская гитара, никак не могла появиться в Гионе, районе "красных фонарей" предвоенного Киото. Не поздоровилось голливудским гостям из-за того, что снимали они фильм не в Японии, а в специально отстроенном павильоне в калифорнийском городе Вентура.

Впрочем, столь резкая реакция на иностранное вмешательство в традиционные японские дела сегодня скорее исключение из правил. Вот ведь недавно бразды правления, пожалуй, самой известной из японских компаний Sony были переданы в руки американского гражданина Говарда Стрингера. Другой иностранец - ливанец из Бразилии Карлос Гон - успешно возглавляет фирмы Nissan и даже приобрел репутацию местного секс-символа.

И все же, как оказалось, основная ошибка американского режиссера Роба Маршалла была не в путанице с кимоно и гитарой. Самое глубокое и, наверное, непоправимое оскорбление чувствам киотских гейш он нанес тем, что он на две главные женские роли пригласил Зийи Жанг и Гонг Ли. Обе эти актрисы красивы, талантливы, но главное, они обе родом из Китая. Хочет верить, что зрители, которые увидят этот фильм через несколько месяцев, будут более снисходительны.

Мумин Шакиров: Великие иллюзии, невероятные и правдивые истории из жизни кинематографистов. Популярный актер Евгений Весник продолжает серию своих занимательных рассказов о тех, с кем ему пришлось работать на сцене и на съемочной площадке. Известные артисты чаще любят рассказывать о своих успехах, реже - о неудачах. Евгений Весник считает, что провалы и неудачи - это тоже неотъемлемая часть актерской биографии.

Евгений Весник: И началось это, я не отвечаю за свои слова, но фильм, по-моему, был "Рваные башмаки". Там действовали дети немецких голодающих сапожников, я помню. К нам пришли в 1-ю московскую немецкую школу на 1-й Мещанской, теперь проспект Мира, и стали отбирать ребят, которые знают немецкий язык, которые могли бы спеть песенку детей голодающих сапожников. Всех отобрали и мы уже лопотали, хорошо пели, а меня нет. Я в слезы, конечно. Мне говорят: "Ты что плачешь?" "Как же, всех взяли, а меня не взяли". "Ты не печалься, если мама тебя спросит, что случилось, ты скажи, что дети голодающих сапожников такими толстыми быть не могут". Вот с этого начались у меня все неприятности в кино.

Есть такой фильм, он иногда идет повторным экраном, называется "Разные судьбы" и снимал его знаменитый режиссер Луков. Я играл там директора пивной, фронтовика, такой дядька смешной, ограниченных умственных способностей. Он говорил: "Вообще, необходимо сказать..." Как философ. Но дело в том, что я ходил в кителе с колодочками военных орденов, держал руку под кителем, я это делал сознательно, так, думал, что не заметят, заметили, и чуть-чуть я только в одном слове: "Ва-первых, ва-втарых...", а дальше говорил нормально, и усики сделал, которые я вот так поглаживал, а больше ничего, и все увидели, что я изображаю Сталина. Сняли меня с роли, вырезали всю часть пивной. Это был первый удар.

Второй удар, я помню, я был на Дальнем Востоке. Гастроли театра сатиры были, вышел фильм "Ночной патруль". Я там снялся. Я всем говорил, что я молодой начинающий артист, а попал в компанию таких уже известных, как Окуневская, Сергей Филиппов. Я рассказывал зрителям: вы увидите фильм, я сижу в ресторане, Окуневская поет, я веду там беседу с Филипповым очень такую, знаете, скользкую, и так далее, и так далее. Я говорил: "Я приглашаю вас, когда будет у вас премьера, вспомните, мы с вами как будто встретимся опять на экране". И так я везде говорил на Дальнем Востоке. Вышел в Москве фильм, я пошел на премьеру, я на экране был, но... Я только сидел за столом. Все вырезали, все, что было. Когда вышел фильм на широкие экраны, я получал даже от друзей письма: "Женя, ты что, испытываешь материальные затруднения? Что же ты снимаешься в массовых сценах? Попросил хоть бы одно слово". Было позорище, позор, понимаете?

А самая знаменитая была вещь, когда вышел фильм "Офицеры", такой широко известный. Меня все время офицеры все спрашивали: "Жень, а вот начинаешь роль ты или нет? Мы никак понять не можем. Ну, потом, когда ты принимаешь роды и так далее, ты играешь врача. Но вначале, вот, когда ты в шахматы играешь, ты это или не ты?" Я говорю: "Вам, как друзьям скажу, что это не я". Но вообще-то я отвечал на вопросы: "Наверное, меня плохо снимают". А дело было так. Снимался артист какой-то худой высокий, который скоропостижно скончался, и они узнали об этом в Москве, где продолжались съемки, меня встретил Роговой в коридоре и сказал: "Мы друзья, мы живем в одном дворе, выручай меня, умер один артист, что делать, я не знаю. Я решил тебя загримировать под него, там седые волосы. И сыграй". Я сыграл роль умершего артиста, доиграл эту роль в хорошем фильме, и меня отмечали. Но где-то даже в газете было: очень плохо снято начало с Весником, наверное, освещение было такое, потому что его трудно было узнать. Были такие вещи.

Дальше мои конфузы. Был фильм "Старик Хоттабыч". Я шел по улице, гуляя в Одессе, будучи совсем по другим делам, а там группа снимала этот фильм. Вдруг меня хватают на улице, не милиционеры, а москвичи, понимаешь, эти киношники, ничего мне не объясняют: "Подожди, умоляем, ты должен нас спасти!" Я говорю: "В чем дело?" "Вот, слона дали только..." Я ничего не понимаю: какого слона, что, какой фильм? Я ничего не знал. "Умоляем тебя". Нашли какого-то милиционера, подошел китель, раз-два. И просят: "Умоляем, вот тебе слон, еще полчаса осталось, вот ты подойди к слону, скажи, что это такое". Я уже не помню, что я там делаю. Один эпизод: я должен был подойти к слону, молодой, в милицейской форме, что-то спросил. Имя мелькнуло опять. И опять конфуз. В театре даже говорили: "Слушайте, вы прекратите, это же неудобно, вы известный артист в Москве, что же вы так снимаетесь?" Вот такие вот конфузы были. А все говорят о победах и так далее.

Я могу сказать, как в фильме "Трембита" Ольга Аросева меня чуть не утопила. Если бы она промедлила секунду, я бы не был живым. Режиссер Николаевский говорит: "Значит так, мы тебе пришьем багор", а я Сусика там играл, это была злая роль, за которую мне прохода не давали на улице, "мы тебе пришьем багор такой, чтобы наверняка было, как будто тебя зацепила она. Я дам команду: "Топи!" Она тебя потопит с багром пришитым, потом она услышит команду "мотор!", она тебя будет вынимать и будет понятно, что ты прыгнул в речку, утонул, она тебя спасла". Это осталось в общем-то. Но дело в том, что он говорит "мотор!", она меня потопила, а команды нет, я лежу внизу, глаза не открываю, дышать не могу, я не могу ничего говорить, прыгать, я боюсь сорвать съемки. Все, вот он наступил конец из-за неопытных рук Аросевой. И где-то в последний миг - у меня осталось воздуха на 2-3 секунды дышать, слава богу, раздалась команда, меня вытащили. И тот, кто внимательно смотрит за фильмом, когда я появляюсь над водой, я выпускаю струйку воды и у меня еще там смыкание губ есть, которое не озвучено, это, я вам должен открыть, был русский мат.

Мумин Шакиров: Кинорежиссер Георгий Данелия собрал свои миниатюрные истории о кино и выпустил книгу под названием "Безбилетный пассажир". Одна из коротких новелл посвящена его коллеге, другому известному кинематографисту Никите Михалкову. 5 лет назад, когда у власти был еще Борис Ельцин, весь киношный бомонд горячо обсуждал один вопрос: выдвинет ли председатель Союза кинематографистов России свою кандидатуру на очередных президентских выборах или нет? Сам главный виновник слухов и домыслов Никита Сергеевич ответа не давал, но элита, учитывая неоднозначное отношение коллег по цеху к кинорежиссеру Михалкову, ждала развязки этой информационной интриги. Георгий Данелия тогда готов был поддержать Никиту Михалкова на политическом поприще и заодно всем рассказывал историю о том, как ныне известный деятель культуры когда-то бегал ему за водкой.

Георгий Данелия: Как Никита бегал за водкой. Мы снимали в Парке культуры, ночные съемки были. Там надо было поливать асфальт, чтобы какие-то отражения были. Я, как всегда, полез с этим шлангом, чтобы все было быстрее. Недостаток, что я на площадке всех учил, что надо делать. Начал учить пожарников, как поливать, естественно, облился, мокрый был. Было холодно, машина студийная. Сначала довезли Никиту по дороге. Поскольку магазины закрывались где-то в 10 - в половине 11-го, а сейчас уже 12, а я продрог и дома у меня выпивки нет, я говорю: "Никита, если есть дома, вынеси мне водки грамм 100". Он говорит: "Давай поднимемся". Я говорю: "Мне неудобно в это время подниматься. Там мама, папа". Он вынес водки, я выпил. Дальше уже меня встретил Михалков, говорит: "Ты что со мной делаешь?" Старший Сергей Владимирович лежал на диване в гостиной, прикорнул. Вдруг видит: его ребенок 17-летний входит с ботинками в руках на цыпочках, в носках, подходит к буфету, открывает, достает стакан, достает бутылку водки, наливает в стакан. И он понял: все, ребенок спился, по ночам пьет водку. Но, к счастью, нет.


Другие передачи месяца:


c 2004 Радио Свобода / Радио Свободная Европа, Инк. Все права защищены